Программист отказался от ИИ, и дело было не в ошибках машины

Принято считать, что программист с ИИ-помощником работает быстрее, а значит, и лучше. Разработчик с двадцатилетним стажем больше года писал код вместе с ИИ-агентами, честно и всерьёз. Он действительно стал выпускать в разы больше кода. А потом бросил всё, и причина оказалась не в ошибках нейросетей, а в том, что происходило с ним самим.

Первые встречи с ИИ закончились разочарованием

Всё началось с GitHub Copilot в редакторе Visual Studio Code. Начинаешь печатать название функции, а подсказка уже предлагает десяток строк её тела. Программиста это только сбивало: он уже держал решение в голове, а чужой вариант лез поперёк мысли.

Второй эпизод был серьёзнее. Коллега никак не мог починить ошибку, потому что чат-бот уверенно советовал обновить важную библиотеку до версии 4.6. Такой версии не существовало, бот её выдумал. Потом в компании появился руководитель продукта, который проповедовал ИИ с жаром новообращённого. Скептик пожимал плечами: он не видел, зачем ему это нужно. Переубедить его смогли не аргументы, а приказ начальства.

Приказ сверху превратил скептика в энтузиаста

Начальство съездило на конференцию. Выступал человек, вложивший в ИИ собственные деньги, и он обещал, что через полгода умственный труд станет неузнаваемым. Вернувшись, менеджеры объявили: кто не пользуется ИИ, тот устареет. Весной 2025 года разработчик сдался. Редактор Cursor плохо работал на Linux, и он перешёл на Zed со встроенным ИИ.

Его поразило, сколько умеет машина. Он собирал для себя небольшие программы вроде музыкального плеера, а к осени перешёл на агентное программирование, когда ИИ сам вносит правки без подтверждения. Заодно он начал болтать с чат-ботом как с другом: какую книгу прочитать, что думать о новой идее. Бот охотно соглашался и хвалил. Однажды ночью, почувствовав тревожные симптомы, разработчик описал их боту и услышал: срочно в приёмный покой. Два часа ожидания закончились словами врача: езжайте домой и отдыхайте. Стыд и счёт за визит отрезвили его, и разговоры с ботом он прекратил. Но главное открытие ждало его в работе.

Втрое больше кода не принесло компании ни копейки

За полгода, а потом и за год с агентами профессия изменилась до неузнаваемости. Теперь надо было писать для ИИ инструкции в markdown-файлах, чтобы он не повторял ошибок, проверять тысячи чужих строк в день и тестировать то, что машина собрала. Ревью такого объёма похоже на поиск иголки в стоге сена: где здесь самые опасные строки? Постепенно теряешь ощущение, как живёт и меняется проект.

И вот самое неожиданное. По словам разработчика, на его нынешней работе рост продуктивности примерно втрое не дал никакой прибавки к выручке. Хорошая программа не равна сумме функций. Перегруженные возможностями сервисы вроде AWS и Google Cloud он называет одними из самых неудобных, с которыми ему приходится работать. Больше кода значит больше того, что нужно поддерживать. Но ещё тревожнее было то, что случилось с его собственным мастерством.

Мозг сохраняет только то, чем пользуется

Разработчик описывает три вещи: он перестал понимать код, который не писал сам, ему стало безразлично, что получается, и он перестал расти. Это точное попадание в одну из важнейших идей науки о мозге, нейропластичность. Она утверждает, что мозг перестраивается всю жизнь: связи, которыми мы пользуемся, крепнут, а заброшенные слабеют. Долго это казалось неочевидным, ведь мозг взрослого считали готовой, застывшей конструкцией.

Представьте газон, через который люди ходят напрямик. Где ходят каждый день, вытаптывается тропинка. Стоит пустить всех в обход, и через сезон её затянет травой. Навык работает так же: его прокладывает усилие, борьба с трудной задачей. Отдай это усилие машине, и тропинка зарастает. Отсюда главный страх разработчика: что станет с командой, которая год не решала трудных задач, если сервис ИИ однажды ляжет?

Читайте также: Углерод жизни прилетел с окраин Солнечной системы и спрятался в ядре

Цена, которую не видно из офиса

Позже разработчик задумался и о внешних издержках. Каждый запрос к ИИ тратит воду, дата-центры давят на местные сообщества и реки, а спрос на железо делает дороже оперативную память и игровые консоли. Из офиса этого не видно, если стройка идёт не по соседству.

Оговорка важна: это опыт одного человека, а не исследование. Он сам признаёт, что у других есть и удачные примеры. Его решение рискованное, ведь рынок всё настойчивее требует работать с ИИ. Но он отказался от этих инструментов совсем, и в коде, и в жизни.

Инструмент, который снимает с нас рутину, бывает полезен. Например, расшифровка аудиозаписей экономит часы, которые лучше потратить на размышления. Но всё, что вы хотите уметь, мозг хранит только при одном условии: вы продолжаете ходить по этой тропинке сами.

Ещё в «Высоких технологиях»

Океан лавы не губит атмосферу планеты, а спасает её. И вот какЗаглушённый центр речи спасает себя сам. Но главное делают соседиБез жизни Земля сохранила бы океаны и тепло. Изменился бы только воздух

Все материалы раздела →