Астероид сделал силу бесполезной. Выиграли муравьи и их «прыгающие гены»

Мы привыкли думать, что в природе побеждает сильнейший: у кого крупнее тело, длиннее клыки и крепче броня. Около 66 миллионов лет назад этот порядок рухнул. Астероид затянул небо пылью и сажей, на планете похолодало, и нептичьи динозавры исчезли. А крошечные муравьи не просто уцелели, но вскоре расселились почти повсюду. Подсказка к их успеху нашлась там, где её никто не искал, — в кусочках ДНК, которые долго считали бесполезными нахлебниками.

Муравьи старше катастрофы, которая их прославила

Муравьи появились примерно 150 миллионов лет назад, когда динозавры ещё правили планетой. Их следы застыли в янтаре: учёные находят насекомых возрастом около 100 миллионов лет. Среди них попадаются «адские муравьи» с причудливыми челюстями, совсем не похожие на привычных лесных работяг.

Конец мелового периода пережили далеко не все. «Адские» и некоторые другие древние группы исчезли примерно на его рубеже с палеогеном. Зато сохранились линии, от которых произошли многие современные виды. Астероид не создал муравьёв. Он переписал правила мира, в котором им предстояло жить, и эти правила внезапно сыграли им на руку.

Дарвин объясняет, почему сила вдруг перестала работать

Главная идея здесь — естественный отбор. Чарльз Дарвин заметил, что особи одного вида всегда немного различаются, а потомство чаще оставляют те, чьи черты лучше подходят к окружающим условиям. Звучит просто, но веками живое считали задуманным раз и навсегда. Даже дарвиновское «выживание наиболее приспособленных» до сих пор путают с «выживанием сильнейших», хотя речь о тех, кто лучше вписан в обстановку.

Отсюда следует неуютный вывод: преимущество не бывает вечным. Это как карточная игра, где козырь меняют посреди партии. Вчерашний туз превращается в мелкую карту, а шестёрка побеждает. Когда свет померк и пищевые цепочки рассыпались, огромное тело, которому нужно много еды, стало обузой. Шанс получили мелкие, многочисленные и гибкие.

Когда экосистемы начали оживать, освободились места обитания и перестроились пищевые связи. Важную роль сыграли цветковые растения: они распространялись ещё до удара, а потом создали множество новых укрытий и кормовых угодий для насекомых. Судя по окаменелостям, это помогло муравьям переждать трудные времена. Они заселили лесную подстилку, потом деревья, а позже и открытые пространства. Но почему одни группы расцвели тысячами видов, а другие так и остались горсткой?

Генетические «паразиты» оказались мотором перемен

Международная команда исследователей сравнила геномы 163 видов муравьёв из 12 подсемейств. Работа вышла в 2026 году, и её результат удивляет. У предков самых богатых видами групп в начале палеогена вспыхивала активность транспозонов — «прыгающих генов». Эти фрагменты ДНК умеют перемещаться по геному и копировать сами себя.

Долго их держали за генетических паразитов, которые плодятся внутри клетки без всякой пользы. Однако, перескакивая с места на место, они меняют работу соседних генов. А для отбора это сырьё: Дарвину нужны различия, и транспозоны поставляют их охапками. Группы, где таких элементов больше, оказались самыми разнообразными. Всплески случались незадолго до того, как эти группы начинали дробиться на новые виды. Что же именно менялось в муравьях?

Новый нюх сделал колонию слаженнее

Для муравья запах — почти язык. По химическим сигналам он узнаёт своих, прокладывает тропу к еде, поднимает тревогу и согласует работу с тысячами сородичей. Учёные выяснили, что активность «прыгающих генов» связана с ростом числа генов обонятельных рецепторов — белков, которые улавливают эти сигналы.

Больше рецепторов — возможно, тоньше различение запахов и точнее совместная работа. Для насекомых, живущих огромными организованными семьями, это серьёзный козырь. Хотя навигация у муравьёв не ограничена нюхом: некоторые виды ориентируются по солнцу и даже считают собственные шаги. Важная оговорка: пока это связь, а не доказательство, что транспозоны вызвали расцвет муравьёв. Но если связь подтвердится, масштаб победы впечатляет.

Читайте также: У депрессии нашли свои часы, и привычные таблетки могут их не слышать

Победа, которую измеряют квадриллионами

Сегодня известно больше 15 тысяч видов муравьёв, а их общую численность оценивают примерно в 20 квадриллионов — число с 16 нулями. Это не догадка: биологи свели вместе сотни наблюдений со всей планеты. По расчётам 2022 года, углерода в телах всех муравьёв больше, чем у диких птиц и млекопитающих вместе взятых. И эта армия каждый день работает: рыхлит почву, разносит семена, перерабатывает органические остатки.

В следующий раз, когда цепочка муравьёв пересечёт вам дорожку, вспомните: перед вами наследники тех, кто пережил конец света, не будучи ни большим, ни сильным. Природа не награждает мощь. Она награждает умение подойти к миру, который вдруг стал другим. Больше историй о том, как устроена жизнь, — в наших статьях.

Ещё в «Высоких технологиях»

Молекулы-цепочки изменили быт сильнее любой машины. А в них не верилиБроуновское движение и Резерфорд: атом почти целиком состоит из пустотыАтомы держатся, деля электроны. Эту идею нашли, рисуя неверные кубы

Все материалы раздела →