Аутизм ставят всё чаще: эпидемия или мы стали лучше видеть?

🧩 Загадка: Если врачи стали раньше замечать аутизм, почему средний возраст постановки диагноза не упал, а вырос почти на пять лет? Ответ — в конце статьи.

За двадцать лет врачи в Англии и Северной Ирландии стали ставить аутизм почти в девять раз чаще. Звучит как начало эпидемии, но есть странность: если взять одних и тех же детей и проверять их годами одним способом, никакого роста нет. Разбираемся, куда на самом деле растут эти графики и почему главный вопрос здесь не «сколько», а «как ставят диагноз».

Читайте также: Команда «нельзя»: мозг собаки сдерживается почти как наш

Откуда столько диагнозов?

Цифры действительно впечатляют. В США, по словам родителей, к 2022 году аутизм был почти у 4% детей и подростков. В России первое крупное исследование распространённости нашло расстройства аутистического спектра примерно у 2,2% младших школьников одного города — заметно больше, чем видно в официальной статистике. Правда, распространять эту оценку на всю страну пока рано.

А вот деталь, которая всё переворачивает. Если бы врачи просто научились раньше замечать аутизм, средний возраст диагноза падал бы. Он же вырос с 9,6 до 14,5 лет. Значит, в статистику массово приходят не малыши, а подростки и взрослые.

Что будет, если проверить всех подряд?

Чтобы понять, стал ли аутизм встречаться чаще, нужно мерить его одной линейкой много лет. Так и поступили в одном южнокорейском городе: двенадцать лет подряд обследовали всех семилетних первоклассников, а не только тех, кого приводили встревоженные родители. Всего — больше 62 тысяч детей.

Аутизм нашли у 2–3% из них, и многие раньше ни разу не бывали у врача. Но за двенадцать лет эта доля не сдвинулась. Менялось лишь одно: сколько детей успевали получить официальную бумагу с диагнозом.

Представьте рыбака, который сменил сеть на более частую. Улов вырос, но рыбы в озере больше не стало — просто теперь не проскальзывает мелочь. Вопрос в том, кто и зачем меняет сеть.

Почему сеть стала частой?

В 1994 году понятие аутизма расширили и включили в него синдром Аспергера. Состояния, которые раньше не замечали или называли иначе, попали в общую статистику. Шведские данные показывают это нагляднее всего: доля людей с аутизмом и умственной отсталостью среди всех диагностированных упала с более чем 55% в 2001 году до менее 7% в 2020-м. Появись новая вредность, тяжёлых случаев стало бы больше. А множатся именно лёгкие.

Меняется и портрет пациента. Аутизм долго считали детским и «мальчиковым», но в Швеции к 2020–2022 годам среди людей 15–24 лет диагноз чаще получали девушки. Одни учёные видят в этом исправление старой ошибки: девочек просто недодиагностировали. Другие — снижение планки для диагноза. Скорее всего, верно и то, и другое.

Есть и деньги. В Австралии после введения государственных выплат людям с инвалидностью число диагнозов выросло примерно на 32%. Вокруг выплат выросли частные клиники, которые быстро ставят диагноз и сами же продают услуги.

Где прячется ошибка?

У широкой сети есть обратная сторона: в неё попадает чужая рыба. Взрослым иногда ставят аутизм вместо СДВГ, последствий тяжёлой травмы или расстройства личности. Бурные эмоции, чувствительность к звукам и свету, трудности в общении бывают при всех этих состояниях. Даже «маскировку» — привычку изображать нормальное поведение — встречают у людей без аутизма. А неверный диагноз лишает подходящего лечения.

Что касается страшилок, вопрос о прививках закрыт: в медицинских картах 2,5 миллиона американских детей прививка от кори, краснухи и паротита до двух лет риск аутизма не повышала. Большие исследования, в том числе со сравнением братьев и сестёр, не нашли причинной связи и с парацетамолом или антидепрессантами при беременности. Гены объясняют, по разным оценкам, от 40 до 90% риска. Немного могут добавлять возраст родителей, ожирение и диабет у беременных, хроническое воспаление у матери — и всё это встречается чаще, чем раньше. Связь с грязным воздухом пока доказана слабо. Так что небольшую часть роста учёные считают возможно настоящей.

Что это значит для нас

Бояться эпидемии не нужно, а вот требовательнее относиться к диагнозу — стоит. Опросников и онлайн-тестов мало. Если вы узнали себя в роликах про аутизм, это повод для полноценного обследования, а не готовый ответ.

Хорошая диагностика взрослого включает как минимум:

• рассказы о детстве хотя бы от двух близких людей, записанные независимо друг от друга;
• наблюдение за поведением в разных ситуациях, а не только в кабинете;
• нейропсихологические тесты и отдельную проверку чувствительности к звукам, свету и прикосновениям;
• обязательную проверку других возможных диагнозов;
• возможность пересмотреть заключение со временем.

Если беседы с близкими или консультации вы записываете на диктофон, их удобнее изучать и сравнивать в виде текста — для этого пригодится расшифровка аудиозаписей.

Ещё в «Высоких технологиях»

Как говорить с Claude, чтобы он понял вас с первого разаКак бельё высыхало на морозе: физика советских балконовКилограмм перьев или стали: почему весы в комнате не согласны

Все материалы раздела →