Yo adivino el parpadeo
de las luces que a lo lejos
van marcando mi retorno.
Son las mismas que alumbraron,
con sus pálidos reflejos,
hondas horas de dolor.
Y aunque no quise el regreso,
siempre se vuelve al primer amor.
La quieta calle donde el eco dijo:
«Tuya es su vida, tuyo es su querer»,
bajo el burlón mirar de las estrellas
que con indiferencia hoy me ven volver.
de las luces que a lo lejos
van marcando mi retorno.
Son las mismas que alumbraron,
con sus pálidos reflejos,
hondas horas de dolor.
Y aunque no quise el regreso,
siempre se vuelve al primer amor.
La quieta calle donde el eco dijo:
«Tuya es su vida, tuyo es su querer»,
bajo el burlón mirar de las estrellas
que con indiferencia hoy me ven volver.
Я угадываю мерцание
огней, которые вдали
отмечают моё возвращение.
Это те же самые, что освещали
своими бледными отблесками
глубокие часы боли.
И хотя я не хотел возвращаться,
всегда возвращаешься к первой любви.
Тихая улица, где эхо сказало:
«Твоя — её жизнь, твоя — её любовь»,
под насмешливым взглядом звёзд,
которые сегодня равнодушно видят, как я возвращаюсь.
огней, которые вдали
отмечают моё возвращение.
Это те же самые, что освещали
своими бледными отблесками
глубокие часы боли.
И хотя я не хотел возвращаться,
всегда возвращаешься к первой любви.
Тихая улица, где эхо сказало:
«Твоя — её жизнь, твоя — её любовь»,
под насмешливым взглядом звёзд,
которые сегодня равнодушно видят, как я возвращаюсь.
Различаю я мерцанье
огоньков, что там, далёко,
отмечают путь обратный.
Это те же, что светили
бледным светом одиноко
в долгие часы тоски.
И хоть я не ждал возврата,
всегда вернёшься к первой любви.
Та тихая улица, где эхо пело:
«Твоя её жизнь, твоя её любовь»,
под насмешливым взглядом звёзд на небе,
что равнодушно видят: я вернулся вновь.
огоньков, что там, далёко,
отмечают путь обратный.
Это те же, что светили
бледным светом одиноко
в долгие часы тоски.
И хоть я не ждал возврата,
всегда вернёшься к первой любви.
Та тихая улица, где эхо пело:
«Твоя её жизнь, твоя её любовь»,
под насмешливым взглядом звёзд на небе,
что равнодушно видят: я вернулся вновь.
I can make out the flickering
of the lights that in the distance
are marking my return.
They are the same ones that lit up,
with their pale reflections,
deep hours of pain.
And although I did not want to come back,
one always returns to one's first love.
The quiet street where the echo said:
«Yours is her life, yours is her love»,
under the mocking gaze of the stars
that today, indifferent, watch me return.
of the lights that in the distance
are marking my return.
They are the same ones that lit up,
with their pale reflections,
deep hours of pain.
And although I did not want to come back,
one always returns to one's first love.
The quiet street where the echo said:
«Yours is her life, yours is her love»,
under the mocking gaze of the stars
that today, indifferent, watch me return.
I can see the distant flicker
of the lights that, far before me,
mark the road of my returning.
They're the same that once were shining
with their pale and ghostly glory
on deep hours of my pain.
And though I never wished to come back,
we come back to our first love again.
The quiet street where once the echo told me:
«Yours is her life, for you her love will burn»,
beneath the mocking glances of the stars
that with indifference watch me now return.
of the lights that, far before me,
mark the road of my returning.
They're the same that once were shining
with their pale and ghostly glory
on deep hours of my pain.
And though I never wished to come back,
we come back to our first love again.
The quiet street where once the echo told me:
«Yours is her life, for you her love will burn»,
beneath the mocking glances of the stars
that with indifference watch me now return.
Припев
Volver,
con la frente marchita,
las nieves del tiempo
platearon mi sien.
Sentir que es un soplo la vida,
que veinte años no es nada,
que febril la mirada,
errante en las sombras,
te busca y te nombra.
Vivir,
con el alma aferrada
a un dulce recuerdo
que lloro otra vez.
con la frente marchita,
las nieves del tiempo
platearon mi sien.
Sentir que es un soplo la vida,
que veinte años no es nada,
que febril la mirada,
errante en las sombras,
te busca y te nombra.
Vivir,
con el alma aferrada
a un dulce recuerdo
que lloro otra vez.
Вернуться,
с увядшим челом,
снега времени
посеребрили мой висок.
Чувствовать, что жизнь — лишь дуновение,
что двадцать лет — ничто,
что лихорадочный взгляд,
блуждающий в тенях,
ищет тебя и зовёт по имени.
Жить,
с душой, прильнувшей
к сладкому воспоминанию,
которое я снова оплакиваю.
с увядшим челом,
снега времени
посеребрили мой висок.
Чувствовать, что жизнь — лишь дуновение,
что двадцать лет — ничто,
что лихорадочный взгляд,
блуждающий в тенях,
ищет тебя и зовёт по имени.
Жить,
с душой, прильнувшей
к сладкому воспоминанию,
которое я снова оплакиваю.
Вернуться,
с челом уже увядшим,
снега прожитых лет
мне висок серебрят.
Познать, что жизнь — лишь дуновенье,
что двадцать лет — ничто,
что взор лихорадочный,
блуждая во мраке,
тебя ищет, кличет.
И жить,
с душою, прильнувшей
к той сладкой памяти —
по ней плачу вновь.
с челом уже увядшим,
снега прожитых лет
мне висок серебрят.
Познать, что жизнь — лишь дуновенье,
что двадцать лет — ничто,
что взор лихорадочный,
блуждая во мраке,
тебя ищет, кличет.
И жить,
с душою, прильнувшей
к той сладкой памяти —
по ней плачу вновь.
To return,
with a withered brow,
the snows of time
have silvered my temple.
To feel that life is a breath,
that twenty years is nothing,
that the feverish gaze,
wandering in the shadows,
looks for you and calls your name.
To live,
with the soul clinging
to a sweet memory
that I weep for once again.
with a withered brow,
the snows of time
have silvered my temple.
To feel that life is a breath,
that twenty years is nothing,
that the feverish gaze,
wandering in the shadows,
looks for you and calls your name.
To live,
with the soul clinging
to a sweet memory
that I weep for once again.
Return,
with my brow worn and weary,
the snows of the seasons
have silvered my hair.
To feel that a life's but a whisper,
that twenty years are nothing,
that my eyes in their fever,
now lost in the shadows,
still seek you and name you.
To live,
with my soul holding tightly
to one sweet remembrance
I weep for again.
with my brow worn and weary,
the snows of the seasons
have silvered my hair.
To feel that a life's but a whisper,
that twenty years are nothing,
that my eyes in their fever,
now lost in the shadows,
still seek you and name you.
To live,
with my soul holding tightly
to one sweet remembrance
I weep for again.
Tengo miedo del encuentro
con el pasado que vuelve
a enfrentarse con mi vida.
Tengo miedo de las noches
que, pobladas de recuerdos,
encadenen mi soñar.
Pero el viajero que huye
tarde o temprano detiene su andar.
Y aunque el olvido, que todo destruye,
haya matado mi vieja ilusión,
guarda escondida una esperanza humilde,
que es toda la fortuna de mi corazón.
con el pasado que vuelve
a enfrentarse con mi vida.
Tengo miedo de las noches
que, pobladas de recuerdos,
encadenen mi soñar.
Pero el viajero que huye
tarde o temprano detiene su andar.
Y aunque el olvido, que todo destruye,
haya matado mi vieja ilusión,
guarda escondida una esperanza humilde,
que es toda la fortuna de mi corazón.
Я боюсь встречи
с прошлым, которое возвращается,
чтобы столкнуться с моей жизнью.
Я боюсь ночей,
которые, населённые воспоминаниями,
скуют цепями мои мечты.
Но путник, который бежит,
рано или поздно останавливает свой шаг.
И хотя забвение, которое всё разрушает,
убило мою давнюю мечту,
хранит спрятанной скромную надежду,
которая — всё богатство моего сердца.
с прошлым, которое возвращается,
чтобы столкнуться с моей жизнью.
Я боюсь ночей,
которые, населённые воспоминаниями,
скуют цепями мои мечты.
Но путник, который бежит,
рано или поздно останавливает свой шаг.
И хотя забвение, которое всё разрушает,
убило мою давнюю мечту,
хранит спрятанной скромную надежду,
которая — всё богатство моего сердца.
Я боюсь грядущей встречи
с прошлым, что опять приходит,
чтоб столкнуться с моей жизнью.
Я боюсь ночей, что снова,
населённые былым,
закуют мой сон в цепях.
Но и путник, что бежит,
рано иль поздно остановит шаг.
И пусть забвенье, что всё на свете крушит,
убило давнюю мечту мою,
в тиши таится скромная надежда,
в ней всё богатство, что я в сердце храню.
с прошлым, что опять приходит,
чтоб столкнуться с моей жизнью.
Я боюсь ночей, что снова,
населённые былым,
закуют мой сон в цепях.
Но и путник, что бежит,
рано иль поздно остановит шаг.
И пусть забвенье, что всё на свете крушит,
убило давнюю мечту мою,
в тиши таится скромная надежда,
в ней всё богатство, что я в сердце храню.
I am afraid of the encounter
with the past that comes back
to confront my life.
I am afraid of the nights
that, filled with memories,
may chain my dreaming.
But the traveler who flees
sooner or later stops walking.
And although oblivion, which destroys everything,
may have killed my old illusion,
it keeps a humble hope hidden away,
which is all the fortune of my heart.
with the past that comes back
to confront my life.
I am afraid of the nights
that, filled with memories,
may chain my dreaming.
But the traveler who flees
sooner or later stops walking.
And although oblivion, which destroys everything,
may have killed my old illusion,
it keeps a humble hope hidden away,
which is all the fortune of my heart.
I'm afraid of the encounter
with the past that comes back to me
to confront the life I'm living.
I'm afraid of all the nighttimes
that, so full of recollections,
chain my dreaming, hold me fast.
But the traveler who's fleeing
sooner or later must halt at last.
And though oblivion, all things destroying,
has killed the dream I cherished from the start,
it keeps a humble hope in secret hidden,
which is the whole and only fortune of my heart.
with the past that comes back to me
to confront the life I'm living.
I'm afraid of all the nighttimes
that, so full of recollections,
chain my dreaming, hold me fast.
But the traveler who's fleeing
sooner or later must halt at last.
And though oblivion, all things destroying,
has killed the dream I cherished from the start,
it keeps a humble hope in secret hidden,
which is the whole and only fortune of my heart.
Припев