Good King Wenceslas looked out, on the Feast of Stephen,
When the snow lay round about, deep and crisp and even;
Brightly shone the moon that night, tho' the frost was cruel,
When a poor man came in sight, gath'ring winter fuel.
When the snow lay round about, deep and crisp and even;
Brightly shone the moon that night, tho' the frost was cruel,
When a poor man came in sight, gath'ring winter fuel.
Добрый король Вацлав выглянул в окно в праздник святого Стефана,
Когда снег лежал вокруг — глубокий, хрусткий и ровный;
Ярко светила луна той ночью, хоть мороз был жесток,
Когда показался бедняк, собиравший топливо на зиму.
Когда снег лежал вокруг — глубокий, хрусткий и ровный;
Ярко светила луна той ночью, хоть мороз был жесток,
Когда показался бедняк, собиравший топливо на зиму.
Добрый Вацлав поглядел в день Стефана рано,
Снег лежал, был белым-бел, ровный, без изъяна;
Ярко месяц в ночь сиял, хоть мороз был лютым,
Тут бедняк пред ним предстал, хворост брал, согнутый.
Снег лежал, был белым-бел, ровный, без изъяна;
Ярко месяц в ночь сиял, хоть мороз был лютым,
Тут бедняк пред ним предстал, хворост брал, согнутый.
El buen rey Wenceslao se asomó en la fiesta de San Esteban,
cuando la nieve yacía alrededor, honda, crujiente y pareja;
la luna brillaba aquella noche, aunque la helada era cruel,
cuando apareció un pobre hombre recogiendo leña para el invierno.
cuando la nieve yacía alrededor, honda, crujiente y pareja;
la luna brillaba aquella noche, aunque la helada era cruel,
cuando apareció un pobre hombre recogiendo leña para el invierno.
El buen Wenceslao miró el día de Esteban,
nieve había alrededor, honda, firme y plena;
clara luna aquella vez, aunque el hielo hería,
cuando un pobre apareció, leña recogía.
nieve había alrededor, honda, firme y plena;
clara luna aquella vez, aunque el hielo hería,
cuando un pobre apareció, leña recogía.
“Hither, page, and stand by me, if thou know'st it, telling,
Yonder peasant, who is he? Where and what his dwelling?”
“Sire, he lives a good league hence, underneath the mountain;
Right against the forest fence, by Saint Agnes' fountain.”
Yonder peasant, who is he? Where and what his dwelling?”
“Sire, he lives a good league hence, underneath the mountain;
Right against the forest fence, by Saint Agnes' fountain.”
«Сюда, паж, встань рядом со мной и скажи, если знаешь,
Кто вон тот крестьянин? Где и каково его жилище?»
«Государь, он живёт в доброй лиге отсюда, под горой,
Прямо у лесной ограды, у источника святой Агнессы».»
Кто вон тот крестьянин? Где и каково его жилище?»
«Государь, он живёт в доброй лиге отсюда, под горой,
Прямо у лесной ограды, у источника святой Агнессы».»
«Паж, сюда, ко мне ступай, расскажи мне, слышишь:
Кто крестьянин тот, скажи? Где его жилище?»
«Государь, он в лиге там, под горой высокой,
У лесной ограды той, у ключа Агнессы».»
Кто крестьянин тот, скажи? Где его жилище?»
«Государь, он в лиге там, под горой высокой,
У лесной ограды той, у ключа Агнессы».»
«Ven aquí, paje, y ponte a mi lado; dime, si lo sabes,
¿quién es aquel campesino? ¿Dónde y cómo es su morada?»
«Señor, vive a una buena legua de aquí, al pie de la montaña,
justo junto a la cerca del bosque, junto a la fuente de Santa Inés».»
¿quién es aquel campesino? ¿Dónde y cómo es su morada?»
«Señor, vive a una buena legua de aquí, al pie de la montaña,
justo junto a la cerca del bosque, junto a la fuente de Santa Inés».»
«Paje, ven y dime tú, si lo sabes, cierto:
¿quién aquel labriego es? ¿Dónde está su techo?»
«Señor, vive a una legua, bajo la montaña,
junto al bosque, en su linde, fuente de Inés santa».»
¿quién aquel labriego es? ¿Dónde está su techo?»
«Señor, vive a una legua, bajo la montaña,
junto al bosque, en su linde, fuente de Inés santa».»
“Bring me flesh, and bring me wine, bring me pine logs hither:
Thou and I shall see him dine, when we bear them thither.”
Page and monarch, forth they went, forth they went together;
Through the rude wind's wild lament and the bitter weather.
Thou and I shall see him dine, when we bear them thither.”
Page and monarch, forth they went, forth they went together;
Through the rude wind's wild lament and the bitter weather.
«Принеси мне мяса, принеси вина, принеси сюда сосновых поленьев:
Ты и я увидим, как он ужинает, когда мы отнесём всё это туда».
Паж и монарх отправились в путь, отправились вместе
Сквозь дикий стон резкого ветра и лютую непогоду.
Ты и я увидим, как он ужинает, когда мы отнесём всё это туда».
Паж и монарх отправились в путь, отправились вместе
Сквозь дикий стон резкого ветра и лютую непогоду.
«Мяса, хлеба и вина, дров сосновых, живо!
Мы увидим, как он ест, принесём учтиво».
Паж с монархом в путь пошли, в путь пошли совместно
Сквозь ветров жестокий стон, холод повсеместный.
Мы увидим, как он ест, принесём учтиво».
Паж с монархом в путь пошли, в путь пошли совместно
Сквозь ветров жестокий стон, холод повсеместный.
«Tráeme carne y tráeme vino, tráeme aquí troncos de pino:
tú y yo lo veremos cenar cuando se los llevemos allí».
Paje y monarca salieron, salieron juntos,
entre el lamento salvaje del viento rudo y el tiempo amargo.
tú y yo lo veremos cenar cuando se los llevemos allí».
Paje y monarca salieron, salieron juntos,
entre el lamento salvaje del viento rudo y el tiempo amargo.
«Trae carne, trae vino, trae leña de pino:
tú y yo le veremos cenar cuando lo llevemos».
Paje y rey se fueron ya, juntos se marcharon,
entre el viento y su lamento, bajo el frío amargo.
tú y yo le veremos cenar cuando lo llevemos».
Paje y rey se fueron ya, juntos se marcharon,
entre el viento y su lamento, bajo el frío amargo.
“Sire, the night is darker now, and the wind blows stronger;
Fails my heart, I know not how; I can go no longer.”
“Mark my footsteps, good my page; tread thou in them boldly:
Thou shalt find the winter's rage freeze thy blood less coldly.”
Fails my heart, I know not how; I can go no longer.”
“Mark my footsteps, good my page; tread thou in them boldly:
Thou shalt find the winter's rage freeze thy blood less coldly.”
«Государь, ночь теперь темнее, и ветер дует сильнее;
Сердце слабеет, не знаю отчего; я не могу идти дальше».
«Примечай мои следы, мой добрый паж; смело ступай в них:
Ты увидишь, что ярость зимы будет меньше леденить твою кровь».»
Сердце слабеет, не знаю отчего; я не могу идти дальше».
«Примечай мои следы, мой добрый паж; смело ступай в них:
Ты увидишь, что ярость зимы будет меньше леденить твою кровь».»
«Государь, темнее ночь, ветер всё сильнее;
Сердце никнет, сам не свой, дальше не сумею».
«След мой, паж мой, примечай, смело в нём ступая:
Будет меньше леденить ярость ледяная».»
Сердце никнет, сам не свой, дальше не сумею».
«След мой, паж мой, примечай, смело в нём ступая:
Будет меньше леденить ярость ледяная».»
«Señor, la noche es ahora más oscura y el viento sopla más fuerte;
me falla el corazón, no sé por qué; ya no puedo seguir».
«Fíjate en mis pasos, mi buen paje; pisa en ellos con valor:
verás que la furia del invierno te helará menos la sangre».»
me falla el corazón, no sé por qué; ya no puedo seguir».
«Fíjate en mis pasos, mi buen paje; pisa en ellos con valor:
verás que la furia del invierno te helará menos la sangre».»
«Ya más negra es la noche, el viento es más fuerte;
mi alma falla, no sé cómo; no puedo seguirte».
«Pisa donde piso yo, sigue el rastro mío:
sentirás que el crudo hielo pierde ya su brío».»
mi alma falla, no sé cómo; no puedo seguirte».
«Pisa donde piso yo, sigue el rastro mío:
sentirás que el crudo hielo pierde ya su brío».»
In his master's steps he trod, where the snow lay dinted;
Heat was in the very sod which the saint had printed.
Therefore, Christian men, be sure, wealth or rank possessing,
Ye who now will bless the poor, shall yourselves find blessing.
Heat was in the very sod which the saint had printed.
Therefore, Christian men, be sure, wealth or rank possessing,
Ye who now will bless the poor, shall yourselves find blessing.
Он ступал по следам своего господина, где снег был продавлен;
Тепло было в самой земле, на которой отпечатался след святого.
Поэтому, христиане, будьте уверены — владея богатством или званием,
Вы, кто ныне благословит бедных, сами обретёте благословение.
Тепло было в самой земле, на которой отпечатался след святого.
Поэтому, христиане, будьте уверены — владея богатством или званием,
Вы, кто ныне благословит бедных, сами обретёте благословение.
Шёл он по следам царя, снег в них был примятый;
Жар таился в тех следах, что оставил святый.
Знайте ж, люди во Христе, кто богат и знатен:
Тот, кто бедных одарит, будет благодатен.
Жар таился в тех следах, что оставил святый.
Знайте ж, люди во Христе, кто богат и знатен:
Тот, кто бедных одарит, будет благодатен.
Pisó en las huellas de su amo, donde la nieve estaba hundida;
había calor en el mismo suelo que el santo había marcado.
Por eso, cristianos, estad seguros, tengáis riqueza o rango:
vosotros, que ahora bendigáis a los pobres, hallaréis bendición.
había calor en el mismo suelo que el santo había marcado.
Por eso, cristianos, estad seguros, tengáis riqueza o rango:
vosotros, que ahora bendigáis a los pobres, hallaréis bendición.
En las huellas de su amo, en la nieve hollada,
ardía el mismo suelo que el santo marcaba.
Pues, cristianos, sabed bien, rico o noble seas:
quien bendiga al pobre hoy, hallará bendiciones.
ardía el mismo suelo que el santo marcaba.
Pues, cristianos, sabed bien, rico o noble seas:
quien bendiga al pobre hoy, hallará bendiciones.