Акт второй. Сцена I

Инвернес. Двор замка Макбета. Входит Банко, впереди него Флинс с факелом.

Банко

Который час, мой мальчик?

Флинс

Луна зашла, я не слыхал часов.

Банко

Она заходит в полночь.

Флинс

А сейчас Уже поздней.

Банко

Возьми мой меч. - На небе Скупятся и не зажигают свеч. Меня гнетет дрем_о_та, как свинец, Но спать я не хотел бы: силы неба, От мыслей злых меня предохраните, Смущающих во сне! - Подай мне меч. Кто это?

Входят Макбет и слуга с факелом.

Макбет

Друг.

Банко

Как, ты еще не спишь? Король в постели. Он необычайно Был радостен и щедро наградил Всех ваших слуг. Супруге он твоей Поднес алмаз как лучшей из хозяек. Безмерно он доволен.

Макбет

Я врасплох Застигнут был; мое желанье было Лишь скудости рабом и не могло Свободно развернуться.

Банко

Все прекрасно. Таинственные сестры в эту ночь Приснились мне: они отчасти правду Тебе сказали.

Макбет

Я про них забыл, Но если ты мне подар_и_шь часок, Об этом деле на досуге мы Поговорим.

Банко

Когда тебе угодно.

Макбет

Вступив со мной в согласье, ты получишь Почет.

Банко

Стремясь к его увеличенью, Не потерять бы вовсе; впрочем, если Он не противен верности и долгу, Я соглашусь.

Макбет

Но все же доброй ночи!

Банко

Спасибо, сэр, того же вам.

Банко и Флинс уходят.

Макбет

Ты госпоже скажи, чтобы она, Питье мне приготовив, позвонила, И спать иди.

Слуга уходит.

Что вижу я? Кинжал! Дай мне схватить тебя за рукоять! Ты ускользаешь, но тебя я вижу. Иль осязанью недоступен ты, Как зрению? Ты - призрак роковой, Кинжал мечты, дитя воображенья, Что породил разгоряченный мозг. Но нет, ты осязателен, как тот, Который вынут мной. Меня ведешь ты по тому пути, Каким я шел, и с этим же оружьем. Мои глаза - игрушка прочих чувств Иль ст_о_ят всех. Ты все передо мной: На лезвии я вижу капли крови, Которых не было… Все это - бред… Мой замысел кровавый так морочит Мои глаза. Полмира спит теперь, Мертва природа, только злые грезы Тревожат спящего, и волшебство Свершает таинства Гекаты бледной; И чахлое убийство, пробудясь На волчий вой, неслышными шагами Крадется, как прелюбодей Тарквиний, За жертвою скользя, как дух. О ты, Незыблемо стоящая земля! Не слышь моих шагов, чтоб сами камни Не закричали мне: "Куда идешь?" Не отняли у мига этот ужас, Что так ему к лицу. Но грежу я, А он живет! Возможно ль, чтоб остыл От долгих слов деянья гордый пыл?

Звон колокола.

Иду, свершилось, колокол зовет. Не слышь, Дункан, - то похоронный звон: В рай или в ад тебя торопит он.