1

Вы думаете, это бредит малярия?

Это было, было в Одессе.

«Приду в четыре", - сказала Мария.

Восемь. Девять. Десять.

Вот и вечер в ночную жуть 40 ушел от окон, хмурый, декабрый.

В дряхлую спину хохочут и ржут канделябры.

Меня сейчас узнать не могли бы: жилистая громадина стонет, корчится. Что может хотеться этакой глыбе? 50 А глыбе многое хочется!

Ведь для себя не важно и то, что бронзовый, и то, что сердце - холодной железкою. Ночью хочется звон свой спрятать в мягкое, в женское.

И вот, громадный, горблюсь в окне, 60 плавлю лбом стекло окошечное. Будет любовь или нет? Какая - большая или крошечная? Откуда большая у тела такого: должно быть, маленький, смирный любёночек. Она шарахается автомобильных гудков. Любит звоночки коночек.

Еще и еще, 70 уткнувшись дождю лицом, в его лицо рябое, жду, обрызганный громом городского прибоя.

Полночь, с ножом мечась, догн_а_ла, зарезала, - вон его!

Упал двенадцатый час, как с плахи голова казненного.

80 В стеклах дождинки серые свылись, гримасу громадили, как будто воют химеры Собора Парижской Богоматери.

Проклятая! Что же, и этого не хватит?

Скоро криком издерется рот. Слышу: тихо, 90 как больной с кровати, спрыгнул нерв. И вот, - сначала прошелся едва-едва, потом забегал, взволнованный, четкий. Теперь и он и новые два мечутся отчаянной чечеткой.

100 Рухнула штукатурка в нижнем этаже.

Нервы - большие, маленькие, многие! - скачут бешеные, и уже у нервов подкашиваются ноги!

А ночь по комнате тинится и тинится, - из тины не вытянуться отяжелевшему глазу.

110 Двери вдруг заляскали, будто у гостиницы не попадает зуб н_а_ зуб.

Вошла ты, резкая, как "нате!", муча перчатки замш, сказала; «Знаете - я выхожу замуж".

Что ж, выходите, 120 Ничего. Покреплюсь. Видите - спокоен как! Как пульс покойника.

Помните? Вы говорили: «Джек Лондон, деньги, любовь, 130 страсть", - а я одно видел: вы - Джиоконда, которую надо украсть!

И украли.

Опять влюбленный выйду в игры, огнем озаряя бровей з_а_гиб. Что же! И в доме, который выгорел, иногда живут бездомные бродяги!

140 Др_а_зните? «Меньше, чем у нищего копеек, у вас изумрудов безумий". Помните! Погибла Помпея, когда раздразнили Везувий!

Эй! Господа! Любители святотатств, 150 преступлений, боен, - а самое страшное видели - лицо мое, когда я абсолютно спокоен?

И чувствую - «я" 160 для меня мал_о_. Кто-то из меня вырывается упряма

Allo! Кто говорит? Мама? Мама! Ваш сын прекрасно болен! Мама!

У него пожар сердца. Скажите сестрам, Люде и Оле, - 170 ему уже некуда деться. Каждое слово, даже шутка, которые изрыгает обгорающим ртом он, выбрасывается, как голая проститутка из горящего публичного дома.

Люди нюхают - запахло жареным! Нагнали каких-то. Блестящие! 180 в касках! Нельзя сапожища! Скажите пожарным: на сердце горящее лезут в ласках. Я сам. Глаза наслезнённые бочками выкачу. Дайте о ребра опереться. Выскочу! Выскочу! Выскочу! Выскочу! Рухнули. Не выскочишь из сердца!

190 На лице обгорающем из трещины губ обугленный поцелуишко броситься вырос.

Мама! Петь не могу. У церковки сердца занимается клирос!

Обгорелые фигурки слов и чисел из черепа, как дети из горящего здания. Так страх 200 схватиться за небо высил горящие руки "Лузитании".

Трясущимся людям в квартирное тихо стоглазое зарево рвется с пристани. Крик последний, - ты хоть о том, что горю, в столетия выстони!